Концепция развития науки И. Лакатоса

Концепция исследовательских программ И. Лакатоса

Концепция развития науки И. Лакатоса

Недостатки концепции фальсификации как критерия демаркации научного знания от ненаучного и как ключевого элемента схемы развития научного знания послужили поводом для создания своей научной картины эволюции науки И. Лакатосу.

Имре Лакатос (1922-1974) – английский историк науки, представитель так называемого методологического фальсификационизма – направления в англо-американской философии науки, ориентирующегося на изучение закономерностей развития научного знания. Испытав влияние К.

Поппера, он поставил в качестве цели своих исследований логико-нормативную реконструкцию процессов изменения знания и построения логики развития научных теорий на основе тщательного изучения реальной эмпирической истории науки. В итоге его разработок была создана методология научно-исследовательских программ.

В своей концепции он отказывается от принципа фальсификации, справедливо считая, что при достаточной находчивости можно длительное время защищать любую теорию, даже если эта теория ложна. Поэтому следует отказаться от попперовской модели, в которой за выдвижением некоторой гипотезы непосредственно следует ее опровержение.

Ни один эксперимент, считал он, не является решающим и достаточным для опровержения теории.

Исходным пунктом развития науки, по Лакатосу, является выдвижение исследовательской программы.

Под ней он подразумевает теорию, в которой имеется «ядро»основные принципы или законы, и «защитные пояса», состоящие из вспомогательных гипотез.

В «ядре» присутствуют фундаментальные положения, которые вспомогательные гипотезы защищают от эмпирических затруднений, а также в случае необходимости модифицируют его содержание или даже заменяют.

Согласно Лакатосу, в развитии исследовательской программы можно выделить две основные стадии – прогрессивную и регрессивную.

Прогрессивной является такая стадия, когда теоретический рост исследовательской программы предвосхищает появление новых фактов, т. е. эмпирический рост. На прогрессивной стадии «положительная эвристика» активно стимулирует выдвижение гипотез, расширяющих эмпирическое и теоретическое содержание.

Регрессивной является такая стадия исследовательской программы, когда новые факты появляются неожиданно, а программа дает им запоздалое объяснение. В этом случае развитие исследовательской программы резко замедляется, ее «положительная эвристика» теряет свою былую мощь. В этом случае теоретический рост отстает от эмпирического роста.

Если одна исследовательская программа прогрессивно объясняет больше, чем другая, с ней конкурирующая, то первая вытесняет вторую.

Лакатос признает, что в конкретной ситуации «очень трудно решить … в какой именно момент определенная исследовательская программа безнадежно регрессировала или одно из конкурирующих программ получила решающее преимущество перед другой». Это в значительной степени лишает его концепцию нормативного характера.

Не видя объективного критерия для разграничения, Лакатос обращается к этической стороне личности ученого и предлагает некий «кодекс научной честности», главную роль в котором играют скромность и сдержанность.

При всем достоинстве концепции Лакатоса его методология не может претендовать на универсальность и применима лишь к строго определенным периодам развития науки.

3.Концепция формирования знания в трудах Т. Куна.

Томас Кун (1922 г. р.) – американский историк и философ науки, физик-теоретик по профессии. Приобрел известность своей концепцией исторической динамики научного знания, разработанной в монографии «Структура научных революций» (1963).

История науки представлена в ней как чередование «парадигм» на основе конкурентной борьбы между различными научными сообществами. Основой для формирования и функционирования таких сообществ является принятие их членами определенной модели научной деятельности – парадигмы.

Парадигма представляет собой совокупность теоретических стандартов, методологических норм, ценностных критериев, мировоззренческих установок. Одновременно парадигмой Кун называет и теорию, признанную научным сообществом.

Таким образом, понятие парадигмы трактуется неоднозначно – и как модель, и как теоретический стандарт, и как теория, и как общепризнанные образцы и т. п.

, а также «признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают научному сообществу модель постановки проблем и их решений» (Структура научных революций. – М.,1977. – С.11). Позднее это понятие было уточнено и названо «дисциплинарная матрица».

Наука или, точнее, нормальная наука, согласно Куну, — это общество ученых, объединенных достаточно жесткой программой – парадигмой, которая целиком определяет, с его точки зрения, деятельность каждого ученого. Парадигма, у Куна, предстает как некое надличностное начало, образование. В рамках парадигмы происходит постепенная кумуляция решений научных «задач-головоломок».

Безраздельное господство некоторой парадигмы есть период «нормальной науки».

Нормальная наука, — пишет Кун, — это «исследование, прочно опирающееся на одно или несколько прошлых достижений – достижений, которые в течение некоторого времени признаются определенным научным сообществом как основа для развития его дальнейшей практической деятельности» (Там же, с. 28). Фактически нормальная наука понимается как традиция.

Но наступает момент, когда парадигма «взрывается» изнутри под давлением «аномалий» (проблем, неразрешимых в ее рамках). Возникает кризис, или «революционный» период развития науки. Он сопровождается созданием новых парадигм, конкурирующих друг с другом. Кризис разрешается победой одной из них, что знаменует начало нового «нормального» периода, и весь процесс повторяется заново.

Но есть ли в этом общем ходе развития науки некоторая закономерность? Кун говорит, что нормальная наука не ставит своей целью нахождение нового факта или теории, и успех в нормальном научном исследовании состоит вовсе не в этом.

Тем не менее новые явления, о существовании которых ранее никто не подозревал, вновь и вновь открываются научными исследованиями, а радикально новые теории опять и опять изобретаются учеными.

А всякие новые открытия «создаются непреднамеренно в ходе игры по одному набору правил, но их восприятие требует разработки другого набора правил» (Там же, с. 79).

Иными словами, ученый не ставит себе цели получить новое знание, но действуя по заданным правилам, он случайно открывает такие новые факты, которые влекут за собой потребность в изменении самих этих правил, т. е. изменении парадигмы.

Происходящая революция в науке, существенно изменяет взгляд на мир и способы решения теоретических головоломок, составляющих, согласно Куну, основное дело ученого.

Кун, в принципе, объясняет, почему старая парадигма устаревает и перестает устраивать научное сообщество, но он воздерживается от объяснения того, как складывается новая парадигма.

Он лишь отмечает, что парадигма принимается научным сообществом на основании многих трудноуловимых факторов как собственно научного, так и социокультурного и психологического фактора.

Кун отмечает, что смена парадигм сопровождается появлением новых научных задач, нового типа научных теорий, новых, более эффективных методов решения головоломок. Она не означает углубления нашего знания о мире и приближения к истине.

Знание, согласно Куну, не углубляется и не расширяется, оно лишь становится другим. Парадигмы и складывающиеся на их основе теории не связывает никакая преемственность. Они коренным образом отличаются друг от друга способами видения мира и практической стороной научных исследований.

О прогрессе науки, по мнению Куна, можно говорить лишь условно: в смысле совершенствования способности решать головоломки. «Некогда общепринятые концепции природы не были в целом ни менее научными, ни более субъективистскими, чем сложившиеся в настоящее время, — считает Т. Кун.

– Устаревшие научные теории нельзя в принципе считать ненаучными только на том основании, что они были отброшены».

Сказанное позволяет дать оценку философии науки Т. Куна. Во-первых, очевидна ее методологическая связь с прагматизмом.

Она видна в поставленных целях – «решении головоломок», нежелании видеть в научных теориях объективное содержание, отказ от признания проблемы истины как соответствия содержания научных теорий объективному положению вещей.

Во-вторых, Кун сравнивает научный прогресс с биологической эволюцией, совершающейся без какой-либо цели. Но прогресс познания – это сознательный процесс, а не некое упражнение для ума, которое, правда, может иметь и практическое значение.

Другим, после парадигмы, центральным понятием концепции Куна является понятие «научное сообщество». Под ним понимается группа ученых, объединенных общими взглядами. Каждая парадигма предполагает свой язык, поэтому все, что делает и принимает научное сообщество также выражается в определенном языке и через него.

Следовательно, научное сообщество есть языковое сообщество, оно одновременно субъект познания. По куну роль научного сообщества состоит в том, чтобы организовывать научную работу, влиять на выбор тем исследования, определять его задачи и пр. Но главное состоит в том, что согласие научного сообщества является критерием истинности тех или иных теорий.

Этим положением Кун подменяет вопрос об объективном критерии истины вопросом о способе получения общественного признания.

Таким образом, научное сообщество в процессе научного познания выступает во многих ипостасях: и как организатор, и как производитель научной продукции, и как ее высшая оценочная инстанция.

Совершенно очевидно, что такое понимание функций и роли сообщества – прямое следствие ошибочного убеждения в недостижимости истины вообще. По-видимому, оно сложилось прежде всего применительно к социальным вопро­сам, а затем уже приобрело общегносеологический характер.

Если объектив­ная истина отрицается, то наиболее естественно считать истиной все то, во что сейчас верит сообщество, или то, что оно согласилось считать истиной.

Таким образом, Кун отходит от рационального объяснения процессов развития науки, не отвечает на вопрос о движущих силах ее развития, оставляет нераскрытым проблему взаимодействия науки и общества, влияние социальных факторов в объяснении процесса развития науки. Однако при всех своих ограниченностях, идеи Куна возбудили интерес в проблеме механизма движения научного знания и стимулировали интенсивное развитие философии науки.

Предложенная Куном модель исторической эволюции науки была направлена как против антиисторизма неопозитивистов, так и критического рационализма Поппера и др. Кун отвергает общее для них убеждение в единственности, абсолютности и неизменности критериев научности и рациональности.

Эти критерии, по его мнению, исторически относительны. Каждая парадигма определяет свои стандарты рациональности, которые не могут быть сведены к простому соблюдению требований формальной логики.

Демаркационная линия между наукой и не наукой устанавливается, по Куну, каждый раз заново с утверждением очередной парадигмы.

Все известные науке факты существуют в рамках парадигмы, поэтому нет теоретически нейтрального языка наблюдения. Напротив, ученые, овла­девая содержанием парадигмы, смотрят на мир через ее призму. Не факты судят теорию, а теория определяет, какие именно факты войдут в ос­мысленный опыт.

Из этого вытекает тезис Куна о «несоизмеримости» па­радигм, отсутствия преемственности между ними. Знание, накопленное пре­дыдущей парадигмой, отбрасывается после ее крушения, а научные сооб­щества просто вытесняются друг другом. Истинность знания рассматривает­ся только в отношении к парадигме, но не к действительности.

Критерием же прогресса парадигмы выступает количество решенных ею головоломок.

Работы Куна подрывали позиции неопозитивизма, поднимали вопросы исторического и социально-психологического анализа развития науки.

Но в целом позиция Куна остается метафизической, так как он противопоставляет прерывность и непрерывность, относительность и абсолютность в развитии знания, аспекты психологии научного коллектива – объективной логике научного исследования.

Эклектичность и метафизичность позиции Куна снижает научную значимость его концепции. И тем не менее, это была первая попытка построить модель науки как надличностного явления.

В этой модели Куна не интересует ученый и его методы работы, а та программа, которая навязывает ученому свою волю, диктуя ему, в частности, и задачи, которые он ставит, и методы, которые он использует. Ученый в этой модели напоминает шахматную фигуру, которая перемещается по определенным правилам шахматной тактики и стратегии.

В чем ограниченность такого подхода?

1)Он не вскрывает механизм научной революции, механизм формирования новых программ, соотношение традиции и новации.

2)Программы, в которых работает ученый, слишком изолированы, что создает обособленность научных дисциплин.

3)Ученый жестко запрограммирован программой, в которой он работает. Однако, если программ много, он может сделать выбор в пользу любой из них. Это положение формирует субъективистскую картину науки.

4)Модель Куна не решает вопроса демаркации науки от не науки, поскольку парадигмальность присуща не только науке, но и другим сферам культуры и человеческой деятельности вообще. Поэтому она не отражает специфику одной только науки.



Источник: https://infopedia.su/4x3357.html

Концепция науки И.Лакатоса. Понятие научно-исследовательской программы. Концепция исследовательских программ И.Лакатоса

Концепция развития науки И. Лакатоса

С точки зрения английского математика и философа венгерского происхождения ИмреЛакатоса, знание – это то, что доказательно обосновано – силой интеллекта или показаниями чувств, опирающимися на факты.

Лакатос подчеркивает, что все теории в равной степени не могут иметь доказательного обоснования; все они, в сущности, в равной степени гипотетичны.

Наука не может доказательно обосновать ни одной теории, она может лишь их опровергать: с полной логической определенностью отречься от того, что обнаружило свою ложность.

Реконструкция научного прогресса как размножения соперничающих исследовательских программ создает картину научной деятельности, во многом отличную от той, которая предстает как чередование смелых теорий и их драматических опровержений.

Лакатос утверждает, что фундаментальной единицей оценки науки является не изолированная теория, а исследовательская программа, включающая в себя заранее принятое жесткое ядро и позитивную эвристику, которая определяет проблемы для исследования, выделяет защитный пояс вспомогательных гипотез, посредством процедур верификации и фальсификации проверяет их, предвидит аномалии и вследствие этого превращает их в подтверждающие примеры.

В концепции, которую сам Лакатос именовал «усовершенствованным фальсификационизмом», развитие науки представлено как соперничество исследовательских программ, т. е.

концептуальных систем, которые включают в себя комплексы взаимодействующих и развивающихся теорий, организованных вокруг некоторых фундаментальных проблем, идей, понятий и представлений. Эти фундаментальные идеи, понятия и представления составляют «твердое ядро» научно-исследовательской программы.

При появлении опровергающих положений «твердое ядро» сохраняется, поскольку исследователи, реализующие программу, выдвигают гипотезы, защищающие это ядро. Вспомогательные гипотезы образуют «защитный пояс» ядра, функции которого состоят в том, чтобы обеспечить «позитивную эвристику», т. е.

рост знания, углубление и конкретизацию теоретических представлений, превращения опровергающих примеров в подтверждающие и расширение эмпирического базиса программы.

Развитие науки, согласно Лакатосу, осуществляется как конкуренция исследовательских программ. Из двух конкурирующих программ побеждает та, которая обеспечивает «прогрессивный сдвиг проблем», т. е.

увеличивает способность предсказывать новые неизвестные факты и объяснять все факты, которые объясняла ее соперница.

Но та исследовательская программа, которая перестает предсказывать факты, не справляется с появлением новых фактов, не может объяснить их, вырождается.

Концепция борьбы исследовательских программ выявляла многие важные особенности развития научного знания. Но сама концепция нуждалась в более аналитичной разработке своих исходных понятий. Основное понятие концепции было многозначным. Под исследовательской программой И.

Лакатос, например, понимал конкретную теорию типа теории А. Зоммерфельда для атома. Он говорил также о Декартовой и Ньютоновой метафизике как двух альтернативных программах построения механики, наконец, писал о науке в целом как о глобальной исследовательской программе.

В этой многозначности и неопределенности исходного термина одновременно была скрыта проблема выявления иерархии исследовательских программ науки. Данную проблему Лакатос не решил. Для этого был необходим более дифференцированный анализ структуры научного знания, чем тот, который был проделан в западной философии науки.

Методологический анархизм» П. Фейрабенда

Идея несоизмеримости парадигм и влияния вненаучных факторов на их принятие сообществом по-новому открывается в работах Фейерабенда. Он подчеркивал, что имеющийся в распоряжении ученого эмпирический и теоретический материал всегда несет на себе печать истории своего возникновения.

Факты не отделены от господствующей на том или ином этапе научной идеологии.

Принятие ученым той или иной системы теорий определяет его интерпретацию эмпирического материала, организует видение эмпирически фиксируемых явлений под определенным углом зрения и навязывает определенный язык их описания.

По мнению Фейсрабенда, модель развития науки, основанная на идее накопления истинного знания, не соответствует реальной истории науки.

Старые теории нельзя логически вывести из новых, а прежние теоретические термины и их смыслы не могут быть логически получены из терминов новой теории.

Смысл и значение теоретических терминов определяются всеми их связями в системе теории, а поэтому их нельзя отделить от прежнего теоретического целого и вывести из нового целого.

В данном пункте Фейерабенд справедливо подмечает особенность содержания теоретических понятий и терминов. В них всегда имеется несколько пластов смыслов, которые определены их связями с другими понятиями в системе теории.

К этому следует добавить, что они определены не только системой связей отдельной теории, но и системой связей всего массива взаимодействующих между собой теоретических знаний научной дисциплины и их отношениями к эмпирическому базису.

Но отсюда следует, что выяснить, как устанавливаются связи между терминами старой и новой теории, можно только тогда, когда проанализированы типы связей, которые характеризуют систему знаний научной дисциплины, и как они меняются в процессе развития науки. В принципе такой анализ проделать можно.

И он свидетельствует, что между новыми и старыми теориями и их понятиями существует преемственная связь, хотя и не в форме точного логического выведения всех старых смыслов из новых. Так что в своих утверждениях против преемственности знаний Фейерабенд был прав лишь частично.

Но из этой частичной правоты не следует вывод о полном отсутствии преемственности. Из квантовой механики логически нельзя вывести все смыслы понятий классической механики. Но связь между их понятиями все же имеется.

Она фиксируется принципом соответствия. Нужно принять во внимание и то обстоятельство, что вне применения языка классической механики (с наложенными ограничениями) в принципе невозможна формулировка квантовой механики.

В процессе исторического развития научной дисциплины старые теории не отбрасываются, а переформулируются. Причем их переформулировки могут осуществляться и до появления новой теории, ломающей прежнюю картину мира.

Примером могут служить исторические изменения языка классической механики. Первозданный язык ньютоновской механики сегодня не используется. Используются языки, введенные А. Эллером, Ж.

Лагранжом и УГамильтоном при переформулировках механики Ньютона.

Отбросив идеи преемственности, Фейерабенд сосредоточил внимание на идее размножения теорий, вводящих разные понятия и разные способы описания реальности. Он сформулировал эту идею как принцип пролиферации (размножения). Согласно этому принципу, исследователи должны постоянно изобретать теории и концепции, предлагающие новую точку зрения на факты.

При этом новые теории, по мнению Фейерабенда, несоизмеримы со старыми. Они конкурируют, и через их взаимную критику осуществляется развитие науки.

Принцип несоизмеримости, утверждающий, что невозможно сравнение теорий, рассматривается в самом радикальном варианте как невозможность требовать от теории, чтобы она удовлетворяла ранее принятым методологическим стандартам.

В этом пункте Фейорабенд подметил важную особенность исторического развития науки: то, что в процессе такого развития не только возникают новые понятия, теоретические идеи и факты, но и могут изменяться идеалы и нормы исследования. Деятельность А.

Эйнштейна и Н. Бора является яркой тому иллюстрацией.

Здесь Фейерабендом была обозначена реальная и очень важная проблема философии науки, которую игнорировал позитивизм, — проблема исторического изменения научной рациональности, идеалов и норм научного исследования.

Однако решение этой проблемы Фейерабендом было не менее одиозным, чем ее отбрасывание позитивистами. Он заключил, что не следует стремиться к установлению каких бы то ни было методологических правил и норм исследования.

Но из того факта, что меняются типы рациональности, вовсе не следует, что исчезают всякие нормы и регулятивы научной деятельности. Причем, вопреки мнению Фейерабенда, можно выявить преемственность между некоторыми аспектами классических и неклассических регулятивов.

Фейерабенд правильно отмечает, что всякая методология имеет свои пределы. Но отсюда он неправомерно заключает, что в научном исследовании допустимо все, что «существует лишь один принцип, который можно защищать при всех обстоятельствах… Это принцип — все дозволено».

Тогда исчезает граница между наукой и шарлатанством, между доказанными и обоснованными научными знаниями, и любыми абсурдными фантазиями.

Свою позицию Фейерабенд именует эпистемологическим анархизмом. Эта позиция приводит к отождествлению науки и любых форм иррационального верования. Между наукой, религией и мифом, по мнению Фейерабенда, нет никакой разницы. В подтверждение своей позиции он ссылается на жесткую защиту учеными принятой парадигмы, сравнивая их с фанатичными адептами религии и мифа.

Но при этом почему-то игнорирует то обстоятельство, что в отличие от религии и мифа наука самой системой своих идеалов и норм ориентирует исследователей не на вечную консервацию выработанных ранее идей, а на их развитие, что она допускает возможность пересмотра даже самых фундаментальных понятий и принципов под давлением новых фактов и обнаруживающихся противоречий в теориях.

Фейерабенд ссылается на акции убеждения и пропаганду учеными своих открытий как на способ, обеспечивающий принятие этих открытий обществом. И в этом он тоже видит сходство науки и мифа. Но здесь речь идет только об одном аспекте функционирования науки, о включении в культуру ее достижений.

Отдельные механизмы такого включения могут быть общими и для науки, и для искусства, и для политических взглядов, и для мифологических, и для религиозных идей. Что же касается других аспектов бытия науки и ее развития, то они имеют свою специфику.

Из того факта, что наука, религия, миф, искусство — это феномены культуры, не следует их тождества, как из факта, что Земля и Юпитер — планеты Солнечной системы, не следует, что Земля и Юпитер — одно и то же небесное тело.

Дата добавления: 2018-06-01; просмотров: 585;

Источник: https://studopedia.net/6_65274_kontseptsiya-nauki-ilakatosa-ponyatie-nauchno-issledovatelskoy-programmi-kontseptsiya-issledovatelskih-programm-ilakatosa.html

Концепция развития науки и. Лакатоса

Концепция развития науки И. Лакатоса

Концепцияразвития науки И. Лакатоса основана наидее конкурирующих научно-исследовательскихпрограмм, идеях методологическогофальсификационизма, рассмотренияразвития науки как смены серии непрерывносвязанных теорий, базирующихся наисследовательских программах.

ПодходИ. Лакатоса (по его определению) –исторический метод оценки конкурирующихметодологических концепций. Цель –диалектически развить историографическийметод критики развития науки. И.

Лакатослишь оценивает теории, но не рассматриваетмеханизмы их становления и развития.

Главныепонятия концепции И. Лакатоса – «метод» и «методология», а также наука итеория. Слабость науки в том, чтоученые недооценивают значения методологии,но вместес тем недопустима абсолютизация исубъективизация методологии: всякаяметодология рационально ограничена.

Методология– «логика открытия». Ее четыре формы –индуктивизм, конвенционализм,методологический фальсификационизм(К. Поппер), методологическиенаучно-иссле­довательские программы(автор – И. Лакатос). – последняя.

Научнаяреволюция – это вытеснение однойнаучно-исследовательской программыдругой. Для преодоления априоризма иантитеоретического подходов, во-первых,необходима «плюралистическая системаавторитетов» и, во-вторых, нужно ширеопираться на историю познания –философского и частно-научного.

Любаянаучно-исследовательская программаимеет социокультурный фон и должна бытьдополнена «эмпирической историей».Любая история науки – «пробный камень»рациональной реконструкции этой науки.Но следует не упускать из видуограниченность любой рациональнойреконструкции науки из-за субъективноговлияния на нее.

Основное звено концепцииразвития науки И. Лакатоса –«научно-исследовательская программа»,т.е. серия сменяющих одна другую теорий,объединенных совокупностью фундаментальныхидей и принципов. Серия теорий и гипотезне в отдельности взятых, а как некоторыйтип развития науки.

Смена этих типовнаучно-исследовательских программ иесть научная революция.

Структурапрограммы такова:

а) «жесткоеядро»;

б) «защитныйпояс»;

в) нормативные,методологические регулятивы – правила(«положительная» и «отрицательная»эвристика).

Особенностинаучно-исследовательских программ:соперничество; универсальность;предсказательная (прогностическая)функция («теоретический сдвиг» и «пунктнасыщения»).

Дляконцепции И. Лакатоса характернадиалектическая идея «снятия» однихпрограмм другими в ходе научной революции.Наука, не отбрасывая формально-логическиепроблемы, движется к обнаружению иразрешению диалектических противоречий(«противоречий-проблем»).

Годыжизни: 1922–1974. Англия.

Основныеработы: Доказательство и опровержение;Фальсификация и методологиянаучно-исследовательских программ;История науки и ее рациональнаяреконструкция.

Концепция развития науки п. Фейерабенда

Идеяреконструкции истории науки П. Фейерабендасочетается с теоретико-методологическимплюрализмом. Как продолжатель ряда идейК. Поппера и других представителейисторической школы в философии науки,П. Фейерабенд подверг резкой критикеметодологию позитивизма и обосновалконцепцию «эпистемологическогоанархизма».

П.

Фейерабенд считает, что наука находитсяв равных правах со всеми другими видамипознания – обыденным, религией, мифом,искусством и т.д., и фактически отвергаетположение о том, что научное познаниеявляется высшей формой познавательнойдеятельности.

На науку всегда оказываетвлияние история и социокультурный фон,и поэтому она всегда выступает какидеология (в том числе и естественныенауки). В тоталитарных государствахнаука находится под наблюдениемгосударства, и ее надо освободить отэтого. Средством такового являетсятеоретико-методо­логический плюрализм,а шире – «эпистемологический анархизм».

Но данный анархизм П. Фейерабенд вовсене уподобляет политическому анархизму.Он считает, что методология науки, наборее норм носит, во-первых, конкретно-исто­рическийхарактер и может и должна меняться.Во-вторых, каждая теория имеет свойнабор познавательных норм, и с заменойэтой теории нормы также изменяются (этокасается и характера деятельностиученых).

В-третьих, при столкновениитеории с новыми фактами (проблемнаяситуация) нужна еще одна (или даже неодна) теория, которая придает фактуопровергающее значение.

В-четвертых,должен действовать методологическийпринцип пролиферации (размножения)теории, согласно которому ученые должнысоздавать альтернативные теории поотношению к господствующим, что даетход научной критике и ускоряет развитиенауки. В-пятых, альтернативные теориинесоизмеримы, так как каждая теорияустанавливает свои собственные нормы.

П.

Фейерабенд, критикуя «научный шовинизм»,не отвергает роли научной методологии,утверждая, что наиболее адекватным дляее деятельности как творческого процессаявляется демократизм: свобода критики,свобода выбора методологических норми правил, конкуренция теорий, ограничениегосударственного вмешательства вовнутринаучный творческий поиск. Главноеи важное для науки – недопустимостьметодологического принуждения1.

П.

Фейерабенд – американский ученый (США),родился в Вене, Австрия.

Годыжизни: 192–2004.

Основныеработы: Против методологическогопринуждения; Избранные труды пометодологии науки.

Источник: https://studfile.net/preview/6058585/page:112/

Концепция развития науки И. Лакатоса

Концепция развития науки И. Лакатоса

История науки, по убеждению И. Лакатоса, также как и история человечества состоит из событий, которые не являются полностью «рациональными».

Основное понятие, вводимое мыслителем для оценки развития науки, получило название «научно-исследовательская программа».

 «Научно-исследовательская программа», по его мнению, является основной единицей развития и оценки научного знания. Под научно-исследовательской программой философ понимает серию сменяющих друг друга теорий, объединяемых совокупностью фундаментальных идей и методологических принципов.

Любая научная теория должна оцениваться вместе со своими вспомогательными гипотезами, начальными условиями и, главное, в ряду с предшествующими ей теориями. Строго говоря, объектом методологического анализа оказывается не отдельная гипотеза или теория, а серия теорий, т. е. некоторый тип развития.

Структура программы, согласно Лакатосу, следующая: каждая научно-исследовательская программа, как совокупность определенных теорий, включает в себя:

а) «жесткое ядро» — систему фундаментальных положений, сохраняющихся во всех теориях данной программы;

б) «защитный пояс», состоящий из вспомогательных гипотез и обеспечивающий сохранность «жесткого ядра» от опровержений, он может быть модифицирован, частично или полностью заменен при столкновении с контрпримерами;

в) нормативные, методологические правила-регулятивы, предписывающие, какие пути наиболее перспективны для дальнейшего исследования («положительная эвристика»), а каких путей следует избегать («негативная эвристика»).

Рост зрелой науки, т.е. уже сформировавшейся науки, представляет собой смену связанных друг с другом теорий, за которыми стоит одна научно-исследовательская программа.

Однако это развитие происходит не столько в результате взаимодействия теории и эксперимента, сколько в результате конкуренции научно-исследовательских программ.

И сущность научной революции состоит в том, что одна исследовательская программа, в конце концов, вытесняет другую.

Основные исторические этапы в развитии научно-исследовательской программы И. Лакатос обозначает «прогрессом» и «регрессом», граница этих стадий — «пункт насыщения».

На прогрессивной стадии развития «программы» теории, как правило, нацелены на то, чтобы открывать новые, ещё не известные науке факты, в то время как на регрессивной стадии теории, напротив, создаются, как правило, лишь для того, чтобы систематизировать уже известные факты.

Ценность такого духовного образования как научно-исследовательская программа заключается в способности пополнять наши знания и предсказывать новые факты.

Характеризуя научно-исследовательские программы, Лакатос указывает такие их особенности:

а) соперничество;

б) универсальность — они могут быть применены, в частности, и к этике и к эстетике;

в) предсказательная функция: каждый шаг программы должен вести к увеличению содержания, к «теоретическому сдвигу проблем»;

г) основными этапами в развитии программ являются прогресс и регресс, граница этих стадий — «пункт насыщения».

Стоит также отметить, что достаточно «богатую» научно-исследовательскую программу, на разработку которой были положены усилия многих научных групп, всегда можно защитить от всевозможных несоответствий её предсказаний с эмпирическими фактами.

Иными словами, научно-исследовательская программа «устойчива» по отношению к возможным несоответствиям её предсказаний эмпирическим фактам.

Более того, можно сказать, что ни логическое противоречие, присутствующее внутри той или иной теории, ни экспериментально обнаруженная «аномалия» не способны одним ударом уничтожить научно-исследовательскую программу. Но, правда, от этого может несколько пострадать её «привлекательность» в научных кругах.

(Кстати говоря, многие научные теории изначально развивались на заведомо противоречивых основах; достаточно вспомнить здесь хотя бы «теорию множеств» или «анализ бесконечно малых».)

В своём учении И. Лакатос также подчёркивает, что на конкурирующую борьбу между научно-исследовательскими программами очень большое влияние оказывает общество и государство, т.е.

, если обобщить, это такие факторы, которые можно, пожалуй, назвать «внешними» по отношении к науке.

Ведь представители регрессирующей «программы», как правило, сталкиваются в своей деятельности со всевозможными социально-психологическими и экономическими проблемами, иными словами, общество не стремится оказывать им поддержку.

Источник: https://students-library.com/library/read/27954-koncepcia-razvitia-nauki-i-lakatosa

Концепция И. Лакатоса

Концепция развития науки И. Лакатоса

Знание – то, что доказательно обосновано. Однако критика есть (того, что мы все можем обосновать с помощью интеллекта и чувств). История научной теории имеет непрерывность – развитие некоторой исследовательской программы.

В качестве исходной модели роста научного знания Лакатос берет мир идей, автономно развивающегося знания, в котором осуществляется «внутренняя история» познания.

Однако, в то время как по Попперу, на смену одной теории приходит другая, старая теория отвергается полностью, по Лакатосу рост знания осуществляется в форме критического диалога конкурирующих исследовательских программ. Именно они, а не теории, являются фундаментальной единицей развития науки.

Исследовательская программареализуется в исторически развивающейся последовательности теорий, каждая из которых возникает из предыдущей путем модификации, вызванной встречей с противоречащими ей экспериментальными контрпримерами. «Твердое ядро» программы переходит от одной теории данной программы к другой, а защитный пояс, состоящий из вспомогательных гипотез, может частично разрушаться.

ценность программы – ее способность пополнять знания, предсказывать новые факты. Противоречия и трудности в объяснении каких-либо явлений не влияют существенно на отношение к ней ученых (что в действительности и происходит!).

Действительно, достаточно сильная в теоретическом отношении идея всегда оказывается достаточно богатой для того, чтобы ее можно было защищать. Лишь когда будет разрушено «твердое ядро» программы, необходимым окажется переход от старой научно-исследовательской программы к новой.

Это и составляет сущность «научной революции».

В современной западной философии проблема роста и развития знания является центральной. Особенно активно проблему разрабатывали сторонники постпозитивизма – Поппер, Кун, Лакатос и другие.

Имре Лакатос — автор известных работ по методологии научного знания («Доказательства и опровержения», «Фальсификация и методология научно-исследовательских программ»).

Вслед за Поппером, Лакатос полагает, что основой теории научной рациональности должен стать принцип критицизма.

Этот принцип является универсальным; однако «рациональный критицизм» не должен сводиться к требованию беспощадной фальсификации.

Аномалии не должны побуждать ученых расправляться со своими теориями; рациональное поведение исследователя – идти вперед, не цепенея от отдельных неудач, если это движение обещает новые успехи.

У Лакатоса, сравниваются и оцениваются не две теории как у Поппера, а их серии, определяемые как исследовательская программа. Развитие науки – это «история рождения, жизни и гибели исследовательских программ».

Основной принцип Лакатоса — это соединение философии и истории науки. В связи с этим он формулирует важное положение: «Философия науки без истории науки пуста; история науки без философии науки слепа». Поэтому им разработана теория «научно-исследовательских программ».

Научно-исследовательская программа – это совокупность теорий, развивающихся на базе единых исследовательских и методологических принципов.

Структурно включает в себя:
1) «жесткое ядро» — фундаментальные принципы всех теорий программы, помогающие сохранять ее целостность; 2) «защитный пояс» — вспомогательные гипотезы программы; он обеспечивает сохранность «жесткого ядра».

Защитный пояс должен приспосабливаться и переделываться под давлением новых фактов; 3) методологические принципы, определяющие перспективы применения данной программы – «положительная» и «отрицательная эвристика».

«Отрицательная эвристика» – это ограничение в форме правил, позволяющих избегать ложных путей познания. «Отрицательная эвристика» определяет «твердое ядро» программы, считается «неопровержимым».

«Позитивная эвристика» – это набор правил, позволяющих модифицировать программу так, чтобы сохранить её или улучшить.

«Позитивная эвристика» складывается из доводов более или менее ясных, и предположений более или менее вероятных, направленных на изменение и развитие исследовательской программы.

Эволюция конкретной программы происходит за счёт видоизменения и уточнения «предохранительного пояса», разрушение же «жёсткого ядра» означает отмену программы и замену её конкурирующей.

Главный критерий научности программы – это прирост знания. Пока программа даёт прирост знания (прогрессирующая программа), работа учёного в её рамках «рациональна». Когда программа теряет предсказательную силу и работает только на вспомогательные гипотезы, Лакатос предписывает отказаться от неё (регрессирующая программа).

В отличие от Куна, Лакатос предполагает, что периоды «нормальной науки», когда господствует одна исследовательская программа, крайне редки. И что куновская «парадигма» – это и есть исследовательская программа, временно захватившая монополию. Чаще бывают периоды, когда исследовательских программ много и они конкурируют друг с другом.

Но наука и не должна быть «нормальной», потому что чем быстрее начинается соперничество, тем лучше для прогресса. Теория никогда не фальсифицируется, а замещается более лучшей. Сила исследовательской программы определяется эвристической силой, которая обозначает способность программы теоретически предсказывать появление новых фактов.

Далее Лакатос выделяет два основных типа науки: «Зрелая наука» — это тип науки, где идет конкуренция исследовательских программ. Она состоит из исследовательских программ, не только объясняющих неизвестные факты, но и предвосхищающих новые теории. Только зрелая наука обладает «эвристической силой»; «Незрелая наука» — это тип науки, где исследование осуществляется по образцу.

Смена основных научно-исследовательских программ – это научная революция. По мнению Лакатоса, произошло 3 научных революции, результатом которых стала последовательная смена индуктивизма, конвенционализма и методологии исследовательских программ.

Но это явление – редкое. Если какой-то эксперимент показывает, что программа не работает, то её требуется заменить. Но если через некоторое время, другой ученый объяснит тот эксперимент в рамках «устаревшей программы», то это программа снова восстановиться.

Пример, теория Дарвина и «кошмар Дженкинса».

Таким образом, из концепции Лакатоса видно, что научные революции не играют слишком существенной роли. В науке почти никогда не бывает периодов безраздельного господства одной «программы», т.к. происходит соперничество разных программ.

Сдвиги или незначительное изменение – все эти оценки совершаются лишь ретроспективно. По мнению Лакатоса, история науки является судьей любой концепции.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/4_80279_kontseptsiya-i-lakatosa.html

Uchebnik-free
Добавить комментарий